Макеевский рабочий | К 60-летию трагедии линкора «Новороссийск»


К 60-летию трагедии линкора «Новороссийск»

27.10.2015
<< >> 

В фондах Донецкого Республиканского краеведческо­го музея хранится сувенирная фарфоровая тарелка с изо­бражением боевого корабля и надписью «Донбасс помнит имена погибших земляков». Рисунок обрамлен лавровым и дубовым венком, перевитым голубой лентой. На ленте имена: Безуглый Я.Я., Коваленко А.Т., Корниенко В.М., Ме- няйлов Э.П. и другие. А на борту боевого корабля белеет надпись «Новороссийск»...

«Новороссийск»,бывший «Джулио Чезаре»

История этого корабля началась в Италии. Именно там, на верфях фир­мы «Ансальдо» близ старинного горо­да Генуя, 24 июня 1910 года был зало­жен огромный боевой корабль, полу­чивший гордое название «Джулио Че­заре» («Giulio Cesare», т.е. «Юлий Це­зарь»). Строительство корабля шло до­вольно быстрыми темпами, уже 15 октя­бря 1911 года корпус линкора был спу­щен на воду. Но затем дело застопори­лось, прежде всего из-за новизны про­екта, что вынуждало итальянских кора­блестроителей вносить в него много­численные изменения, как говорится, на ходу. Сказывались также задержки с по­ставками броневых плит, судовых меха­низмов, орудий и башен главного кали­бра, заказанных в Англии. В преддве­рии Первой мировой войны, 14 мая 1914 года, линкор «Джулио Чезаре» вступил в строй итальянского военного флота, где прослужил 34 года.

Поучаствовав в Первой мировой войне (в которой итальянский флот практически никак себя не проявил), в 1930-х годах линкор был коренным об­разом модернизирован. Во время Вто­рой мировой войны корабль участво­вал в ряде сражений с британским фло­том в Средиземном море. Свой послед­ний боевой поход он совершил в янва­ре 1942 года, а с начала 1943-го линкор использовался как плавучая казарма.

По окончании войны страны- победительницы разделили итальян­ские корабли между собой в счет репа­раций. Ряд кораблей достался и Совет­скому Союзу. Так, в феврале 1949 года «Джулио Чезаре» отправился в Черное море к новому месту службы.

Несмотря на свой преклонный воз­раст, «Новороссийск» стал самым силь­ным кораблем советского военно-морского флота. Его 320-миллиметро­вые орудия существенно превосходили любые отечественные 305-мм, состав­лявшие главный калибр линкоров «Се­вастополь» и «Октябрьская Революция».

Кроме того, корабль являлся потенци­альным носителем атомного оружия, поскольку его орудия вполне подходи­ли для применения тактических атомных боеприпасов. После приведения кора­бля в надлежащее состояние и оснаще­ния его новым вооружением советско­го производства линкор стал использо­ваться в качестве флагманского корабля Черноморского флота.

Водоизмещение корабля составля­ло 29,1 тыс. тонн. Длина 176,1 м, ширина 28 м, осадка 10,4 м. Бронирование палуб составляло 111 - 135 мм, башен главно­го калибра 240 - 280 мм, рубки - 280 мм.

Мощность двигателей 93 тыс. л.с. Ско­рость хода 28 узлов, запас хода 3100 морских миль. Экипаж 1236 человек. Во­оружение: 10 пушек главного 320-мм ка­либра, 12 пушек 120-мм калибра, 8 пу­шек 100-мм, 30 зенитных орудий 37-мм калибра, 3 торпедных аппарата 450-мм калибра.

Гибель линкора

Вечером 28 октября 1955 года «Новороссийск» вернул­ся из учебного похо­да и занял якорную стоянку № 3, непо­далеку от причаль­ной стенки Главного военно-морского го­спиталя в Северной бухте Севастопо­ля. После швартовки: на корабле началась;; обычная жизнь по корабельному расписанию, часть экипажа":' отправилась в увольнение на берег.

29 октября, в 1 час 30 минут, едва проби ло три склянки, в но совой части «Новороссийска» раздал­ся глухой подводный удар. Его ощутили и на других кораблях Черноморской эска­дры - крейсерах «Ми­хаил Кутузов», «Фрун­зе», «Молотов» и «Адмирал Нахимов». Как выяснилось в дальнейшем, взрыв был такой мощности, что пробил сра­зу шесть палуб бронированного корпу­са линкора. В громадную пробоину пло­щадью 150 кв. метров хлынули потоки забортной воды, перемешанной с ма­зутом. Разрушения пришлись на самую заселенную часть корабля - от взры­ва сразу погибло от 150 до 175 чело­век, еще 130 моряков получили ране­ния. Экипаж немедленно начал борьбу за живучесть и подготовку к буксировке тонущего корабля на отмель.

Через полчаса на линкор прибыл командующий Черноморским флотом вице-адмирал Виктор Пархоменко. Он приказал прекратить буксировку кор­мы корабля к берегу. «У меня сложи­лось впечатление, - писал Пархоменко в объяснительной, - что корабль оста­нется на плаву и ему ничего не угрожа­ет». Это было роковое решение. Линкор, приняв более 3 тыс. тонн воды, медлен­но уходил под воду. Запоздалое реше­ние о возобновлении буксировки оказа­лось бессмысленным, через час после взрыва носовая часть корабля осела на грунт. Не сразу удалось уговорить адми­рала и на эвакуацию моряков, не занятых в спасательных работах. А ведь их к этому моменту скопилось на верхней палубе порядка 800 - 1000 человек!

Когда решение об эвакуации наконец приняли, крен корабля на левый борт начал стремительно нарастать. Плот­ные шеренги моряков, построившихся в ожидании баркасов, стали скатываться за борт - в темноту моря. На них, калеча и убивая, полетели сорвавшиеся с мест механизмы и зенитные установки. Через 2 часа 45 минут после взрыва «Новорос­сийск» опрокинулся вверх килем все­го в 130 метрах от берега. Значитель­ная часть моряков была накрыта пере­ворачивающимся линкором или утонула в образовавшейся толчее. Хотя в целом спасение личного состава было орга­низовано достаточно четко, через 6 ми­нут людей на поверхности моря уже не оставалось.

К 10 часам утра положение корпу­са линкора стабилизировалось. Отту­да беспрерывно слышался стук людей, замурованных в отсеках. Однако из-за «преступно-халатного, бездушного отно­шения к спасению оставшихся в живых» (определение Правительственной комис­сии) через прорезанные в днище отвер­стия удалось спасти только 9 человек. В 12 часов 50 минут 30 октября, спустя 32 часа после катастрофы, корма «Новорос­сийска» полностью ушла под воду.

Забытый экипаж

Гибель линкора «Новороссийск» ста­ла самой крупной катастрофой совет­ского Военно-морского флота мирно­го времени. Как водится, сколько людей погибло там, точно никто не знает. В до­кладе Правительственной комиссии от 17 ноября 1955 года заявлено о 603 по­гибших и 139 раненых. Сейчас установ­лены имена 611 погибших, но и этот спи­сок не является окончательным...

В память о жертвах катастрофы в Се­вастополе были созданы два мемориа­ла. В 1963 году на братском кладбище был воздвигнут памятник «Родина - сы­новьям» с 12-метровой бронзовой фигу­рой матроса, отлитой из гребных винтов линкора «Новороссийск». А в 1965 году появилось надгробие на кладбище Ком­мунаров, где также хоронили погибших.

В мае 1957 года корпус «Новорос­сийска» был поднят со дна Севастополь­ской бухты и порезан на металлолом. На долгие годы власть предала эту исто­рию забвению. Только в мае 1988 года в центральной советской газете «Правда» была опубликована небольшая замет­ка. В ней, впервые за долгие годы, была приоткрыта завеса тайны, связанная с гибелью огромного боевого корабля. А спустя целое десятилетие, в 1999 году, в соответствии с Указом Президента Рос­сии 716 моряков «Новороссийска» были награждены орденом Мужества. Из них более 600 - посмертно.

Бывший матрос легкого крейсера «Красный Крым» Виктор Петренко вспо­минал: «Тогда из Сталинской области нас ушло на флот почти 2 тысячи чело­век. Мы призывались и держались вме­сте до Севастополя. Я, Женя Хижняк и Витя Корниенко. В учебном отряде нас развели по разным специальностям. А вообще, из нашего Краматорска погиб­ло человек пять.».

Евгений Хижняк (1935 - 1955), ма­трос, моторист,

Виктор Корниенко (1932 - 1955), матрос, трюмный машинист.

«А знаете танец «Яблочко»? Какой же моряк без традиционного «Яблоч­ка»?! Вот и Эдуард, когда приезжал до­мой в отпуск, всегда шел к нашему клу­бу в танцевальный кружок. И конечно, его любимым номером было «Яблочко». Помню, был какой-то праздник, и наш клуб буквально забили зрители. В зале вся наша семья, все родственники. А на сцене Эдуард, которого после «Яблочка» еще три или четыре раза вызывали на бис», - вспоминает своего брата Вален­тин Меняйлов, пенсионер из Донецка.

Эдуард Меняйлов (1931 - 1955), мичман, курсант-стажер Ростовского мореходного училища им. Г.Я. Седова.

Имена, фамилии. За каждой тра­гедия холодного осеннего моря и мате­ринских слез:

Яков Безуглый (1934 - 1955), ма­трос, артиллерист,

Анатолий Коваленко (1934 - 1955), матрос, машинист,

Анатолий Майоров (1935 - 1955), матрос, машинист-турбинист,

Станислав Петревич (1933 - 1955), матрос, машинист-турбинист,

Виктор Пименов (дата рождения неизвестна - 1955), матрос, электрик,

Александр Сухоруков (1931 - 1955), матрос, электрик,

Александр Фисенко (1933 - 1955), матрос, электрик,

Владимир Фотин (1934 - 1955), ма­трос, моторист,

Владимир Остапко (1934 - 1955), матрос, электрик.

Сыны шахтерского Донбасса. Они честно выполнили свой долг. Они до­стойны нашей памяти

 





Больше новостей читайте в печатной версии "Макеевского рабочего".

Газета выходит раз в неделю по пятницам.

Купить газету можно в киосках "Союзпечать", а также выписать в редакции.

Стоимость подписки на месяц (с программой ТВ) - 12,40 грн. или 25 рублей.