Макеевский рабочий | Частное мнение гражданина (пока еще) Украины - москаля


Частное мнение гражданина (пока еще) Украины - москаля

14.10.2015
<< 

Я родилась во Львове. И жила в этом прекрасном городе 30 лет. В моем советском паспорте, в графе «национальность» было написано: «русская». Дома мы разговаривали исключительно на русском, хотя украинским языком все члены моей семьи, тем не менее, владели безупречно. И литературным, и специфическим львовским ополяченным суржиком. В далеком 1991-м, после всем известных подлых посиделок в Беловежской Пуще, взамен красной советской книжицы с мирными золотыми колосьями на гербе я получила документ с воинственной вилкой на обложке, и документ этот стал идентифицировать меня, как гражданку Украины. О великой стране грандиозных строек, пионерских лагерей и бесплатного обучения остались лишь воспоминания. А всех нас, граждан новоиспеченной «самостийной», приучили к мысли, что вот теперь начнется новая жизнь – вольная, культурная, демократичная, свободнопредпринимательская и, главное, без «старшего» брата.
 

Но очень скоро я, русскоязычная уроженка Львова, впитавшая в себя многоликость культуры древнего города вместе с запахом выбегающего на раскаленный песок из джезвы (так называют турку во Львове) кофе, как и многие другие русскоязычные, поняла, что «вольной, культурной и демократичной» даже не пахнет. Потому как началось как бы возрождение как бы умерщвленной «сов`єтами»  украинской культуры. Появились какие-то общества борьбы за чистоту украинского языка, традиций, в официальном медийном пространстве стало запросто употребляться слово «москали», а за разговор на русском в общественных местах теперь можно было и по лицу получить. Возрождение сомнительно попахивало, и это в моем высококультурном, наполненном сплошь «панами» городе Львове. Ну ладно, думала я по молодости, наверное, так правильно.
Немного из истории моей семьи
Мои интеллигентные, с инженерной специальностью, бабушка с дедом приехали в когда-то славный постпольский город Львов из российского Дзержинска. Приехали, как и многие в то время граждане ненавидимого теперь украинцами СССР, для грандиозной цели - развивать промышленность и сельское хозяйство Западной Украины. И всем сердцем полюбили этот край. Мои родители были беззаветно влюблены в Украину. Они не вешали на стену портрет Тараса Шевченко и не спали  в вышиванках, но песни задушевные украинские пели, и в домашней библиотеке книги великой Леси и Каменяра пылью не покрывались. Традиции местные семьей были приняты сразу и безоговорочно, что скрепило добросердечные отношения с соседями и коллегами по работе на долгие-долгие годы. А главное, трудились мои родственники во славу Галичины не покладая рук. Меня отдали в украинскую - заметьте, не русскую - школу, хотя русских школ в те времена во Львове хватало, и песни украинские я тоже пела с превеликим удовольствием, даже вышиванку по праздникам надевала. Отец каждое лето во-
зил нашу семью то в Ленинград, то в Москву, то по Золотому Кольцу, в итоге экспозиции  Русского и Пушкинского музеев я знала на «отлично». А уж бессмертные творения классиков русской литературы, сами понимаете, с беззаветной любовью зачитывала до дыр. И никак не мешала мне любовь ко всему русскому любить украинское и чувствовать себя полноценной гражданкой Украины.
И вот…
Как?! Когда?! Откуда в нашу жизнь ворвалось, нет, не ворвалось - вползло гнусно и липко чудовище под названием «национализм»? В 1939-м, или 1992-м, или…? Дремучий, невежественный, осмелевший…  Прикрывшись маской патриотизма, стал давить собой все человеческое, разумное, рациональное. Занялся переписыванием истории и искажением всего сущего. А мы молча, принимая все и, да что уж греха таить, занимаясь самобичеванием, участвовали в игрищах по искоренению «совка» и построению «дэмократии».
Грянул майдан-1. И показалось, что вот-вот совсем немного - и заживет страна отлично и празднично. Но отлично и празднично у нее никак не получалось. Президенты сменяли президентов. Украину лихорадило то от повального переименования улиц, то от меда с ульями, то от воспоминаний о голодоморе, то от теории, что ее граждане – арии. А значит, нам ни в какую иную сторону, только в просвещенную Европу.  Хоть тушкой, хоть чучелом, хоть на какашках свободной идеологии сексменьшинств, хоть на крови своих соотечественников.
И снова страна замайданила, заскакала
Задымили покрышки, полетели горючие коктейли, а потом и вовсе засвистели пули. Главу страны, отказавшему «истынным ариям» в удовольствии безвизово мыть просвещенные европейские задницы, порубили бы в мелкий винегрет, не смотайся он вовремя в известном направлении. Но чем так провинились  «кляти москали» перед почти обладателями  «цэевропейського» счастья, что обезумевшая толпа взалкала «Москаляку – на гилляку» и «Москаляку – на ножи»? Тысячу раз мои близкие и друзья, пытавшиеся хоть как-то оправдать это обезумевшее стадо, назвавшее себя «рэволюционэрамы гидности», говорили мне: «Ну это же не про всех русских», я упрямо и безапелляционно принимала эти призывы на свой счет и расценивала их как личное оскорбление и оскорбление своей семьи. Захлестнувшая Украину всеобщая, всепоглощающая ненависть к русским и ко всему русскому свалила страну в пропасть жесткого хуторянства, вышиванства и махровой шароварщины… Из этой пропасти граждане некогда хлебосольной Украины стадно принялись махать желто-голубыми и красно-черными полотнищами.
А затем началась война. Страшная, безумная (хотя разве войны бывают умными?), породившая ненависть к Донбассу.
Моя семья к этому времени много лет уже как жила в Донецке. И я помню (таких, как я, - тысячи) каждый день этой войны.  Прилеты, бомбоубежища, кровь, вой матерей, потерявших своих детей… Россия и ее президент теперь для пересичного украинца - враг №1. С экранов телевизоров, не имея стыда и попирая законы медийной да и общечеловеческой культуры, государственные мужи и журналисты поливают грязью все то, что меня учил любить мой отец. Народ Украины вслед за своими правящими господами тоже сошел с ума. Бандера и Шухевич затмили славу Аллы Пугачевой. Дата окончания Великой Отечественной изменена. Георгиевская лента - под запретом. Если ты счастлив, что в Крыму восстановлена историческая справедливость и снова звучит «Легендарный Севастополь – город русских моряков», ты – зраднык и московськый найманэць. Мерилом культурных ценностей украинцев стали фильм «Племя», литературные и музыкальные творения Ирэны Карпы и туалетная бумага с фамилией российского президента. Антон Мухарский стал Антіном, а Таганрог, основанный  великим Петром I, вдруг стал украинским городом.
Но знаете, на всем этом сюрреалистичном, опаленном войной фоне для меня остается незыблемым одно – моя национальность. Не на бумаге с водяными знаками, не в базах данных всяких там служб, а просто по жизни. И я с гордостью заявляю: я – русская! Имею право ею быть! И для таких же, как я, русских определяющим мерилом нашей «русскости» является не столько язык или культура, но отношение к истории России и ее ценностям. Если русский в Украине признает Бандеру и Шухевича своими героями и скачет на майдане, он уже не русский, а - предатель. И если русский в Украине (в Харькове, Одессе, Николаеве, Киеве) тихонечко сглатывает «Москаляку – на гилляку!» и думает, что как-нибудь обойдется, то пусть этот русский знает: он больше не русский и #Украинаегослила. Она плюет на его моральные и культурные чаяния! Она в нём больше не нуждается.
Я не обижаюсь на свою бывшую родину за предательство, я даже не прошу ее уважать мой выбор, я даже не задаюсь вопросом о причине того, что люди забывают о своих корнях. Я знаю: такая, как есть, я там не нужна. Но зато я всегда буду нужна здесь, какой бы национальности я ни была. Я – из Русского Мира.
 





Больше новостей читайте в печатной версии "Макеевского рабочего".

Газета выходит раз в неделю по пятницам.

Купить газету можно в киосках "Союзпечать", а также выписать в редакции.

Стоимость подписки на месяц (с программой ТВ) - 12,40 грн. или 25 рублей.